← Архив

poem · 1970-10-08

ДЕНЬ ТОСКЛИВЫЙ

День тоскливый канул в Лету.
День за днём, как листопад.
Ни ответа, ни привета,
Ни единой строчки нету
Уж которой день подряд.

Но за этой синей далью
Вижу я твои черты.
Альта, девочка родная,
Улыбнись хоть раз мне ты -
И увидишь: тучи сами
Разойдутся, не спеша,
И согретая лучами
Потеплеет вдруг душа,
И мы снова будем вместе.
«Изомну тебя, как цвет».
Без тебя на этом свете
Жизни нет и счастья нет.
. Москва

НОЧЬ ТАК ДЛИННА

Ночь так длинна в безмолвье.
День так тягостно длин.
Я бы в твои ладони
Сердце своё вложил,

Чтоб ты его отогрела
И залечила от ран,
Чтобы потом не хотела
Мне ты его отдавать.

Ночью пустые виденья
Под перестуки колёс.
Вот и в душе онемелой
Жаль мне чего-то до слёз.

Это страданье и мука -
Крест, что мы в жизни несём.
Нам наказанье - разлука.
Встреча - награда за всё.
. Москва
РАЗМЫШЛЕНИЕ

Я теперь не тот, что прежде:
Меньше веселюсь и больше пью
Только без любви и без надежды,
Как и прежде жить я не могу.

А они куда-то манят
По пути, где нет пути.
Может быть, опять обманут,
Может быть, дадут тебя найти.

Да какая незабота
О любви с тоской гадать?
Что-то, братцы, неохота
От тоски мне помирать.


СУДЬБА

Я - южный человек.
Живу я только летом.
Меня страшит мороз,
Как розу и тюльпан.

Ужели целый век
Мне будет лишь приветом
Сиянье южных звёзд
И ветер южных стран?

Судьбы кто знает назначенье?
Не знаю я, не знаешь ты.
И наши лучшие мечты -
Пустой лишь плод воображенья.

В МИНУТУ СЛАБОСТИ ДУШЕВНОЙ

В минуту слабости душевной,
Когда тебе я говорю,
Что миг любви прошёл волшебный
И что тебя я не люблю -

Не верь, родная, успокойся.
Мы будем счастливы, ей-ей.
И ты молвы людской не бойся.
Она не может быть сильней

Любви, которая умеет
Всё превозмлчь, преодолеть.
Она теплом тебя согреет.
Её отнимет только смерть.

Я НЕ ЗНАЮ
Я не знаю, много или мало:
20 лет, как дым над гооловой.
Сколько свелого - как не бывало.
Сколько горького, как горьких трав настой.

Мы живём, премудрость постигая
Тонкого общения с людьми,
Как по полю минному шагая:
Чуть шаг всторону - и нет тебя, аминь.

Бросить бы оковы этикета
И пойти бродяжничать и пить,
Чтобы душу расковать поэта,
Всё плохое накрепко забыть.